Chire, Senbonzakura.
..скрытая в глубине сада беседка, о существовании которой знают лишь немногие.
Именно сюда вышел из шунпо донельзя раздражённый Бьякуя.
В надежде, что тихий шелест деревьев и плеск карпов в пруду подарит ему душевную гармонию
Хотя, конечно, больше всего сейчас хотелось вынуть Сенбонсакуру и накрошить в капусту всех, кто попадёт под руку.
Я слегка...раздражён.
Именно сюда вышел из шунпо донельзя раздражённый Бьякуя.
В надежде, что тихий шелест деревьев и плеск карпов в пруду подарит ему душевную гармонию
Хотя, конечно, больше всего сейчас хотелось вынуть Сенбонсакуру и накрошить в капусту всех, кто попадёт под руку.
Я слегка...раздражён.
Ткань, кажущаяся шёлком, мягко легла рядом. Хотелось рвать и метать, но Бьякуя держал себя в руках, лишь расширившиеся в полумраке зрачки выдавали бушующую в нём ярость.
Ведь прошло уже много дней с того момента, как он вернулся с задания, а ещё не то, чтобы отчёт о нём был написал, но даже и сам лейтенант ни разу не появился перед светлым ликом начальника. Причина, по которой, Ренджи столько тянул с этим... А хрен её знает, эту причину! Не по себе было как-то, вот и всё.
А теперь ещё и стыдно.
Я пришёл, чтобы извиниться. - напомнил лейтенант самому себе, запихивая гордость куда по-дальше,- Ничего в этом такого нет. Не убьёт же он меня в конце концов! Или...убьёт?
Ками-сама, я спокоен..
Что это? - его едва ли не пригибало к земле от мощного потока холодной ярости, рвавшейся из глубины сада. - Не может, чтобы тайчо...
Однако, это была та-самая реяцу. Нахмурившись, Ренджи решил, что отступать поздно. Капитан уже давно почувстововал его присутствие, и если он не скрывал своего...кхм... настроения, то нужно идти. Ведь убежать теперь значило бы расписаться в собственной слабости.
Найти скрытую в саду беседку не составило труда. Абарай сглотнул, раздумывая, стоит ли входить в неё.
- Тайчо? - получилось всё равно слишком громко, хоть и немного виновато. - Вы здесь, Кучики-тайчо?
Глупый вопрос.
Следовало преклонить колени и согнуться в позе приветствия, касаясь лбом земли, тем более в доме аристократа, но Абарай вспомнил об этом слишком поздно, уже встретившись взглядом с капитаном.
Всплеск гнева, помноженный на не сдерживаемую реяцу целенаправленно ударил по плечам и ногам лейтенанта, заставляя обрушиться на камни дорожки и фактически складывая в то положение, в котором, по мнению Кучики, Абарай должен был ползти от самых ворот поместья.
Близкий дружок нашёлся. Даже родственники не позволяют себе подобного, проявляя уважение. А этот..
Очередная вспышка гнева заставила камни в саду угрожающе затрещать, но голос капитана, когда он заговорил, был обманчиво-спокоен, и даже мягок.
- Что вас привело, Абарай-фукутайчо ? Как ты осмелился припереться ко мне в поместье и нарушить моё уединение?! Решил, что теперь тебе всё можно?
- Я... - вся заготовленная речь выветрилась из головы, когда их глаза встретились повторно.
Да он в ярости!
Ренджи сглотнул и продолжил, - Разрешите доложить о выполнении порученного Вами задания!
- Докладывайте. - Голос стал ещё тише, но прозвучал очень отчётливо, поскольку, кажется, даже ветер в саду тих. Атмосфера становилась всё тяжелее, словно перед грозой.
А немного погодя, и правда, вдали мелькнули первые зарницы.
Задание, значит. В штабе не соизволил появиться, разгуливая с дружками, отчёт не сдан. Сейчас пришёл докладывать в поместье. Тем лучше. Никто не увидит, а тело я сброшу в пруд. Впрочем, нет. Карпов жаль. Мысли были почти флегматичные, и абсолютно серьёзные.
Ну что ж, если будет нужно, и отрубим, и сбросим. Дело житейское. Одним лейтенантом меньше, какая разница.
Он меланхолично отвернулся, вглядываясь темнеющее небо.
Я пришёл извиниться, - снова напомнил он себе, хотя больше всего сейчас хотелось подать заявление о переводе в другой отряд.
- Извините... капитан.
Получилось тупо и неуместно. Однако высказать что-то более внятное Абарай сейчас не смог бы даже под страхом смерти.
- За что вы просите прощения, Абарай-фукутайчо? - Прозвучало почти ласково.
Кагеоши, у меня к тебе просьба.
За что же? Может за то, что родился руконгайцем? А может, я вообще не должен тут перед ним распинаться? И что я такого сделал, в конце концов?
Напряжение и правда росло. Абарай сжал кулаки и поднял упрямый взгляд на капитана.
- За то, что последнее время вёл себя неподобающим образом, тайчо.
Неужели я сказал это? Надеюсь, этого ему будет достаточно.
Однако, беспокоящее лейтенанта чувство вины не спешило покидать его.
Разъярённая реяцу снова пригнула осмелившегося было выпрямить спину лейтенанта к земле. Сейчас казалось, что только ею капитан может стереть подчинённого в порошок.
- Что, в Вашем понимании, "неподобающе", Абарай-фукутайчо? Не появляться в штабе по нескольку дней? Отлынивать от своих обязанностей, свалив всё на капитана и младших офицеров? - Бьякуя медленно распутывал ремешки ножен, а затем потянул меч из-за пояса. - Или же полоскать в грязи имя капитана, пока он не видит? Плевать на нормы этикета и элементарные правила уважения по отношению к начальству? Выражайтесь конкретнее, Абарай-фукутайчо. - Голос Бьякуи, казалось, звенел от сдерживаемого гнева.
Он знает!
Долбанное сакэ, выносит мозги, заставляя трепаться о чём ни попадя, и вот теперь... расплата. Отношения с капитаном испорчены.
Но Абарай был бы не Абарай, если бы покорно стерпел всё это, пусть даже его разносит сам Ками-сама.
- Я появлялся! - Ренджи поднялся на одно колено, пытаясь противостоять тяжести капитанской реяцу. - Я выполнял все обязанности, ну или почти все... когда Вы отлучались. Вы не имеете права обвинять меня в безделии! Тайчо, Вам и близко не известно на сколько тяжёлым было последнее задание!
Лейтенант поднялся, буравя взглядом начальника.
- Да, кое в чём я виноват перед Вами, Кучики-тайчо, но не стоит говорить со мной так. Я пришёл, чтобы извиниться.
- И Ваши извинения мне также не нужны. - Голос хлестал, как плеть, - Если Вы даже не в состоянии осознать, за что пытаетесь извиниться.
Кагеоши.. держи меч крепче, у меня возникает соблазн передумать. Впрочем, если дойдёт до убийства, я не смогу отказать себе в удовольствии сломать ему шею своими руками.
- Значит, - сказал он, тяжело дыша, - Вы не принимаете мои извинения? так, Кучики-тайчо?
Хотя, возможно, в другое время, он бы задумался, отчего так быстро и сильно вышел из равновесия.
У тебя ещё хватает наглости сопротивляться мне?! Оскорбил, не прав, твоя задача - раскаяться и униженно молить о прощении, Абарай! Ты же провоцируешь Судьбу.
В голос вновь вернулась прежняя решимость и уверенность в своей правоте.
- Последнее время я позволил себе некоторую вольность и отпускал глупые, хотя и вполне безобидные шутки на Ваш счёт, капитан.
Он ведь прекрасно об этом осведомлён, так зачем же спрашивает? Но я делал это лишь потому что... потому что, считал, будто наши отношения, - Абараи сглотнул, понимая, как неуместно двусмысленно звучит эта фраза, - перестали быть столь официальными.
Ренджи отпустил, наконец, рукоять занпакто, в которую вцепился до этого.
- Я не мыслил стать Вашим другом, тайчо, и я ... никогда бы не позволил кому-то оскорбить Вас, Вы ведь прекрасно знаете это.
Да, я слегка отступил от кодекса, на время предоставив Вас самому себе и не надоедая своим постоянным присутствием, но лишь потому что уважаю Вашу силу и личную жизнь, капитан Кучики.
Ренджи перевёл дыхание и продолжил:
- Я вижу, что Вы в бешенстве, тайчо, но не думайте, что я не буду обороняться.
- Вы верно заметили, Абарай-фукутайчо. Я.. недоволен. - Произнести "Я в бешенстве" было недостойно рассудительного главы клана, но капитан решил, что Ренджи и так всё понял. - Клянётесь, что не позволили бы оскорблять меня, однако себе Вы это позволяете. Равно, как и шутки с упоминанием моего имени считаете уместными. - Голос стал просто грозным, сопровождающийся приближающимися громовыми раскатами. - Хочу заметить, что Вы не правы, лейтенант, поскольку в моём лице Вы оскорбляете весь клан и Великий дом Кучики!
Он просто не понимает, какая ответственность за моей спиной! Что я не только капитан, но и Глава Клана, и что моё имя - это имя огромного древнего рода! Полоскать его в досужих сплетнях?!
- Кроме того, Вы позволяете себе "некоторую вольность" и "отступить от кодекса". Я считаю подобное поведение недопустимым. Лейтенант - это самый близкий к капитану человек, тот, кто должен быть опорой и поддержкой, Абарай-фукутайчо! Не думал, что мне придётся объяснять Вам это. Как Я могу положиться на лейтенанта, позволяющего себе подобное, да ещё.. угрожающего?!
Ренджи не мог не заметить, что капитан безоружен, и подобные заявления заставили губы Кучики Бьякуи почти брезгливо скривиться - на долю секунды.
Отвратительно. И это мой лейтенант.
Внезапная неимоверная усталость и нервное напряжение последних дней опустились на плечи капитана, и огромное, ни с чем не сравнимое одиночество, которое, как ему казалось, отступило тогда, когда он взял в лейтенанты громкоголосого руконгайца.
Спохватившись, Бьякуя заглушил хлестнувшую реяцу, чтобы лейтенант не понял перемену в настроении капитана.
Я просто.. забылся, вообразив себе лишнего. Недостойно капитана.
- Самый близкий к капитану человек? -произнёс он еле слышно. После этих слов ему вдруг стало неимоверно стыдно, и впервые за свою жизнь он почувствовал себя предателем. Даже когда Абарай Ренджи пёр на своего капитана, размахивая банкаем, и орал, что убьёт его... даже тогда он не чувствовал себя так. Потому что он спасал Рукию. А тут... хрень какая-то... Зазнался. Забыл своё место.
А теперь так странно... капитан говорит такие слова.
- Разве я не был Вам опорой и поддержкой многие годы? - голос руконгайца звучал хрипло, - Если это так, то мне действительно нет оправдания, Кучики-тайчо.
Если это так, то мне самое время ... уйти достойно.
- Позвольте идти, тайчо. - добавил Ренджи после нескольких мгновений молчания. Он смотрел в землю, опираясь теперь на одно колено, и не зная, как поднять взгляд на своего капитана. На секунду ему показалось, что если он сделает это, то не выдержит и начнёт умолять о прощении.
Это будет низко. А если я недостоин, то какой смысл?
- Вы даже извиниться как следует не можете.. - Бьякуя смотрел куда-то в сторону. - ...демонстрируя свою огромную руконгайскую гордость. Словно бы у других гордости быть не может.
Тугой узел нереализованной ярости ныл в груди, постепенно растворяясь, дождь припустил сильнее, барабаня огромными каплями по крыше беседки и по широкой спине склонённого лейтенанта.
- Встаньте, лейтенант. И зайдите под навес. - И, пресекая возможные возражения, и вообще слова, Бьякуя добавил:
- Это приказ. - Правда, приказа в тоне не было ни на грамм. Немного усталости, толика отчаяния, ровное, гордое одиночество. Несмотря на то, что Бьякуе в очередной раз напомнили о том кто он, и чтобы он не строил иллюзий, касаемо отношения к нему тех, кто его окружает, он осознавал, глядя на то, как капли дождя сбегают по татуировкам на лбу, что вряд ли сработается с другим лейтенантом. Конечно, рано или поздно..
Но что-то подсказывало, что поздно. Очень поздно.
Медленно и молча, он прошёл под навес и встал рядом с капитаном, стараясь не задеть его.
Гроза миновала, - с облегчением подумал Ренджи и усмехнулся, наблюдая как небо разрезают вспышки молний.
Миновала ли? Я никогда его не пойму.
Успев намокнуть, повязка противно липла ко лбу, и Абарай рывком снял её, стирая воду с лица.
Отпустило так же внезапно, как и накатилось. Внезапно почва качнулась под ногами, достаточно сильно, чтобы потерять равновесие и упасть, но подобного, тем более, на глазах у лейтенанта, Бьякуя позволить себе не мог. Лишь слегка качнувшись, он протянул ладонь, придерживаясь за полированное дерево подпорки беседки.
Ренджи. Для тебя это всего лишь очередная выволочка, она позади, и ты улыбаешься. Хотел бы и я идти по жизни так же легко.
Капитан вдруг понял, что рассматривает лейтенанта непозволительно долго, и медленно отвёл взгляд.
Он шагнул назад и встал, на всякий случай, позади. Улыбка исчезла с лица и сменилась сосредоточенно-хмурым выражением.
- Хреновый из меня лейтенант, - сказал Абарай, - Да, Кучики-тайчо? Вам бы домой, да отдохнуть. А я тут пришёл...кхм...извиняться. Только хуже всё сделал. Мне жаль, тайчо.
Удивительно, но простота и чистосердечие его лейтенанта в конечном итоге сметали всё. Сейчас его реяцу лучилась таким жгучим раскаянием, что захотелось улыбнуться - Бьякуя не отказал себе в этом, благо, к фукутайчо он стоял спиной. Ярость, раздражение, злость и обида развеялись, не то смытые проливным дождём, не то удивительным образом приглушённые присутствием лейтенанта.
Бьякуя давно заметил, что несмотря на шумность и грубость, сосредоточенный Абарай умудряется распространять вокруг какое-то ощущение надёжности и умиротворения, именно поэтому, к нему вечно жмётся огромное количество людей.
- Я тоже.. превысил полномочия. - Короткая фраза, равносильная "Прости меня за вспышку, Ренджи. Я был не в себе. Не стоило так тебя...".
Лейтенант услышит, что нужно.
Дождь, казалось, полил сильнее.
Что-то в этом было - стоять в беседке, рядом с лейтенантом, ожидая, пока кончится дождь. Капли барабанили по крыше, воздух звенел от холодной влаги.
Что это было? Извинение?
- Эээ... - Ренджи почесал затылок, раздумывая что бы на это ответить, и внезапно ему в голову пришло совсем другое, - Кучики-тайчо, - кажется он даже сделал шаг вперёд, словно пытаясь заглянуть капитану в лицо, - А Ваши слуги, они разве не принесут Вам зонт?
Но вслух, разумеется, капитан сказал другое.
- Я приказал не беспокоить меня.
Интересно, он вспомнит о том, что его пропустили без проблем?.. Вряд ли, если он забыл, что я мог бы уйти отсюда с помощью шунпо...
Пришлось сдержать улыбку, но губы всё равно дрогнули, смягчая черты лица.
Лейтенант поёжился, поглядывая на капитана. Тот стоял, выпрямив спину, как ни в чём не бывало, только рука его по-прежнему лежала на деревянной подпорке.
- Тайчо, а Вам не холодно?
И зачем я спросил? если он скажет, что холодно, что я смогу сделать? костёр что-ли тут разведу...