Когда Айаме наконец проснулся, Бьякуи уже в поместье не было. Как он и обещал накануне, Айю будить не стали, позволяя отсыпаться столько, сколько молодому господину будет угодно. Айаме сел, обнял руками колени и задумался. И чем ему теперь прикажете заниматься? Не успели они с братом встретиться, как он тут же уехал, ничего толком не объяснив и оставив младшего брата предоставленным самому себе. Разумеется, Айяме понимал, что это лишь кажущаяся самостоятельность. Его положение в этом доме мало чем отличалось от того, в котором он был раньше. И все же! Посетив купальни, Айа выбрал из вещей брата простое небесно-синее кимоно, с удовольствием оглядел себя в зеркале и, отказавшись от предложенного слугами обеда, спустился в сад. Нии-сама скоро вернется, а пока, думаю, стоит осмотреться и постараться не влипнуть ни в какую историю. Айаме счастливо улыбнулся. Прогуливаясь по саду и восторженно рассматривая аккуратно подстриженные карликовые деревья и декоративные кустарники, ручейки и мостики, он незаметно для себя оказался на широкой аллее, ведущей к Главному зданию. Огромный, в несколько ярусов, павильон мрачно возвышался над свежей весенней зеленью сада. Айаме вздрогнул. Он узнал его. Хоть это и произошло более столетия назад, он до сих пор помнил церемониальный зал, в котором старейшины клана приняли решение разделить братьев и отправить младшего в дальнее, всеми забытое поместье, скрыв тем самым от глаз других Великих Домов. Лицо Кучики побледнело, между бровей залегла морщинка, улыбка сползла с лица. В этот момент он как нельзя больше стал похож на Бьякую. Айаме резко развернулся и пошел в обратном направлении, по узкой тропинке в глубь сада. Спустя некоторое время, он вышел к небольшому пруду, скрытому от любопытных глаз густыми деревьями. Вдоль краев, вымощенных природным камнем, рос фиолетовый и желтый ирис. Айаме… Айа мечтательно улыбнулся. С ужасами прошлого покончено. Цветы ириса показались Айаме весьма символичным знаком: пусть они и были сокрыты от чужих глаз, как и он, но, судя по всему, за ними тщательно ухаживали. Возможно, по приказу хозяина. Возможно, они были ему дороги. Возможно, и он сам не так безразличен Бьякуе, как кажется на первый взгляд… Айаме оглянулся по сторонам и, убедившись, что он один, подошел к краю водоема, присел на корточки и, закатав рукав кимоно, опустил руку в прохладную воду…
Есть тот, кто смотрит свысока, чем достаёт меня слегка (с)
Охренеть, - думал Ренджи, подгребая к поместью начальника лёгким лейтенантским шагом, от которого с криком разлетались голуби и в ужасе шарахались в сторону перепуганные готейские коты, - "Если что-то срочное, если что-то срочное... " - мысленно передразнивал он капитана, - И где он, спрашивается? Я что сам должен разбираться во всём этом дерьме? Дерьмом в данном случае являлся годовой отчёт о проделанной работе, который требовалось сдать в самое ближайшее время. Но Абараи, хоть убей, не помнил, по какой форме его нужно составлять, тем более, что раньше этим всегда занимался капитан. - Менос его дери, - уже в полный голос возмущался горе-лейтенант, трезвоня в колокольчик на внешних воротах поместья, - Где его Айзен носит в 11 часов дня? Не то, чтобы Ренджи переживал за какие-то там бумажки - не Кира же он, в конце-то концов! - но сегодня был предпразничный день, и лейтенанту совсем не улыбалось застрять в офисе до глубокой ночи, когда все остальные, "ну те, кто нормальные" шинигами будут во всю отмечать. Рефлекторно облокотившись о ворота, но вовремя вспомнив о приличии и выпрямившись, Абарай принялся ждать, когда слуги ему откроют.
Вода была удивительно прозрачна и приятно холодила кожу. Айа легонько пошевелил пальцами и улыбнулся своему отражению. Он настолько увлекся, что не заметил, как сзади бесшумно подошел слуга – привратник и, поклонившись почти до земли, доложил. - Кучики-сама, к вам Абараи Ренджи. От неожиданности Айа так резко дернулся, что чуть не свалился в пруд. Изумленно распахнув глаза, он быстро поднялся и с перепугу сунув мокрую руку в рукав кимоно уже хотел было сказать, что он не принимает, как увидел за спиной слуги высокого шинигами с алыми волосам, собранными в высокий хвост. Шинигами хмурил татуированные брови и вертел в руках какие-то бумаги. Айаме мысленно уронил челюсть. Мысли сбились в кучу как овцы и жалобно блеяли. Это и есть знаменитый фукутайчо моего брата? Абараи Ренджи… Айа как-то раз подслушал разговор слуг, которых хлебом не корми, дай посплетничать о том, что творится в Главном поместье. Так он и узнал, что Бьякуя выкинул очередной номер, взбесив старейшин – взял в лейтенанты безродного оборванца, да еще и из одиннадцатого отряда. Что же мне делать?
Есть тот, кто смотрит свысока, чем достаёт меня слегка (с)
- Кучики-тайчо! - гаркнул плечистый "оборванец", быстро отодвигая с дороги не успевшего ретироваться слугу, и шагнул вперёд, но тут же затормозил и встал, как вкопанный, разглядывая капитана, - Извините, тайчо... Ему ещё ни разу не приходилось видеть начальника в таком домашнем виде. А в том, что перед ним именно Кучики Бьякуя, лейтенант ни сколько не сомневался. Хотя и заметил, что "капитан" выглядит немного растерянным. - ... что помешал, - уже далеко не так громогласно закончил он прерванную фонему, напрочь забыв о цели своего визита. Наверное, ему тоже неловко, что я увидел его в неофициальной одежде. Ну и худющий же он!
Айаме уставился на Абараи с неподдельным интересом. А посмотреть было на что. Растрепанный хвост, сбившаяся бандана, узор татуировок в вырезе косоде, плюс невероятная жестикуляция и громогласный рев, который сам Абараи, по-видимому, считал речью. Айа чуть не пискнул от удовольствия. Ками-сама, я представляю лица старейшин, когда они увидели ЭТО. О! Я бы хотел это видеть! Напустив на себя самый серьезный вид, какой только мог, Айаме справился со своим голосом и, имитируя манеру говорить Бьякуи, строго спросил. - Абараи-фукутайчо, вы что-то хотели? Ох, только ничего серьезного, умоляю. Мне ведь нии-сама ничего не объяснил. Бьякуя, зачем ты меня одного оставил, да еще и не рассказал ничего?
Есть тот, кто смотрит свысока, чем достаёт меня слегка (с)
В первый момент Абараю показалось, что капитан 6-го отряда сейчас улыбнётся ему. Лейтенант даже быстро оглянулся, чтобы убедиться, что позади него никого нет, и этот восхищенный взгляд был направлен именно на него. Но когда Ренджи, хмуря брови, снова повернулся, на лицо аристократа уже вернулась прежняя маска отстранённого равнодушия. Глюки пошли, - решил Ренджи, - А ведь я ещё даже не начинал возиться с этим проклятым отчётом! Ах да! точно! Вспомнив зачем собственно он сюда припёрся, лейтенант протянул капитану ворох видавших виды бумажек. - Кучики-тайчо, ради Ками, поручите это задание кому-нибудь другому! А мне ...можно мне в район прорыва барьера с моими ребятами? - Абарай с ужасом почувстовал, как в собственном голосе прорываются нотки мольбы и добавил, как можно более сурово и убедительно, - Контроль всё-таки нужен...
Какое задание? Какой прорыв барьера? Айаме решительно ничего не понимал. Еще больше раздражала необходимость ответа. Заметив протянутые ему бумаги, он, не подумав, протянул правую руку, но вовремя вспомнил, что намочил рукав, когда маялся дурью у пруда, быстро отдернул и забрал документы левой. Заметив удивленное выражение на лице Абараи, по привычке виновато улыбнулся и замер…Улыбка моментально сменилась недовольной миной, а сам Айа в панике попытался собраться с мыслями. Чего он на меня так вытаращился? Будто на редкое ископаемое. И я тоже хорош! Нет, чтобы сначала подумать, а то разулыбался тут, как невеста на выданье. Теперь он еще чего доброго подумает, что у его капитана нервный тик. Интересно, а если я у Бьякуи-нии спрошу, как далеко зашел его фукутайчо со своей любовью к татуировкам, он меня сразу обратно отошлет или сначала часа три нотации читать будет? Вот же влип! И эта его просьба странная. Чем ему с бумажками сидеть плохо? Интересно, что бы сказал Бьякуя… Помучавшись подобными мыслями еще с минуту, Айаме напустил на себя строгий вид и решительно выдал. - Можете отправляться на свой прорыв или куда вы там собирались. А документами я займусь. Вы свободны, фукутайчо!
Есть тот, кто смотрит свысока, чем достаёт меня слегка (с)
Фраза "на свой прорыв или куда вы там собирались", произнесённая Кучики-тайчо заставила Ренджи прифигеть даже больше, чем виноватая улыбка на его благородном лице. Абарая слегка перекосило от умственного напряжения, и выдав задумчивое: Так точно, тайчо! - он развернулся и пошёл по направлению к выходу, решив ретироваться побыстрее и не особо веря своему счастью. Что-то во всём этом не складывалось. Идя к воротам, лейтенант пару раз оглянулся, а потом неверящим взглядом посмотрел на свои руки, в которых больше не было этих страшных документов. Однако порадоваться этому в полной мере почему-то не получалось. Вспомнив нечто важное лейтенант резко затормозил: - Тайчо! - заорал Абарай почти от самых ворот, - Вас сегодня ждать вообще? Кхм... то есть, Вы сегодня в штаб придёте? Стоявший у ворот молодой слуга посмотрел на него снисходительно-вежливо, как на идиота, и Ренджи тут же захотелось огреть его чем-нибудь тяжёлым по башке. - Чё пялишься? - гаркнул он на прислугу, покраснев, - Чё не так-то? Тот быстро отступил куда-то в тень, склонив голову.
У уже было вернувшегося к своему прерванному занятию Айаме от громогласного ора рокубантай фукуктайчо волосы дыбом встали. Кроме того, молодой человек в этот самый момент находился в несколько неудобной позе: предусмотрительно отложив документы, он, сидя на корточках, старательно пытался дотянуться до крохотной кувшинки, растущей не меньше, чем в метре от края пруда. От неожиданного громкого звука, как-то вопль одного идиота-лейтенанта, в привыкшем к тишине и покою саду Кучики разом замолкли все птицы, даже деревья шелестеть перестали, а младший брат Главы клана, нелепо взмахнув руками, свалился в холодную воду. Айа тут же выскочил на берег и, сведя мокрыми руками полы кимоно, в полголоса пожелал одному татуированному болвану счастья в личной жизни в самых крепких выражениях, какие только знал. Какого черта?! Он что, сразу сообразить не мог? Зачем же так орать? И что мне теперь делать? Конечно же, нии-сама не стал бы перекрикиваться со своим лейтенантом через весь сад, и бегать за ним тоже не стал бы.. Да и второй вариант отпадал полностью, мокрое кимоно не позволяло появиться не то, что перед Абараи, но и перед слугами. Похоже, я надолго запомню нашу первую встречу, Абараи Ренджи! Ничего, надеюсь, она не последняя, посмотрим…я тебе еще отомщу за этот позор! И набрав в легкие побольше воздуха, мокрый как мышь и дрожащий от холода Айа, заорал так громко, как только мог. - Я буду позже! Можете идти! И короткими перебежками бросился через сад к дому, обходя ворота по широкой дуге и молясь, чтобы его не увидели слуги. Применить шунпо он не решился по одной причине: у него еще возникали с этим некоторые трудности и когда Айаме волновался, сосредоточиться мог с трудом. А впечататься носом в стену поместья сейчас показалось ему несколько лишним. Его и так беспокоила одна существенная проблема. Только бы Бьякуя-нии не узнал…
Есть тот, кто смотрит свысока, чем достаёт меня слегка (с)
В глубине сада раздался всплеск, и снова на какое-то время воцарилась задумчивая тишина. Ренджи почесал затылок, и хотел было вернуться, запоздало сообразив, что уж кто-кто, а Кучики-тайчо точно не снизойдёт до того, чтобы орать ему в ответ. И не стоило так позориться. Однако, к изумлению Абарая ему ответили. - Я буду позже! Можете идти! - донеслось из глубины сада, как показалось лейтенанту, слегка истерично. Я определённо не во время. - сообразил наконец Ренджи, и напоследок угрожающе зыркнув на привратника, исчез в шунпо. Времени на обдумывание всех странностей поведения капитана не было. Ребята, посланные на ликвидацию прорыва, наверняка будут ему рады. Забимару, скоро будет бой, ты чувствуешь? Почему-то хотелось улыбаться, ощущая ладонью рукоять меча.
Нии-сама скоро вернется, а пока, думаю, стоит осмотреться и постараться не влипнуть ни в какую историю.
Айаме счастливо улыбнулся. Прогуливаясь по саду и восторженно рассматривая аккуратно подстриженные карликовые деревья и декоративные кустарники, ручейки и мостики, он незаметно для себя оказался на широкой аллее, ведущей к Главному зданию. Огромный, в несколько ярусов, павильон мрачно возвышался над свежей весенней зеленью сада. Айаме вздрогнул. Он узнал его. Хоть это и произошло более столетия назад, он до сих пор помнил церемониальный зал, в котором старейшины клана приняли решение разделить братьев и отправить младшего в дальнее, всеми забытое поместье, скрыв тем самым от глаз других Великих Домов. Лицо Кучики побледнело, между бровей залегла морщинка, улыбка сползла с лица. В этот момент он как нельзя больше стал похож на Бьякую. Айаме резко развернулся и пошел в обратном направлении, по узкой тропинке в глубь сада. Спустя некоторое время, он вышел к небольшому пруду, скрытому от любопытных глаз густыми деревьями. Вдоль краев, вымощенных природным камнем, рос фиолетовый и желтый ирис.
Айаме…
Айа мечтательно улыбнулся. С ужасами прошлого покончено. Цветы ириса показались Айаме весьма символичным знаком: пусть они и были сокрыты от чужих глаз, как и он, но, судя по всему, за ними тщательно ухаживали. Возможно, по приказу хозяина. Возможно, они были ему дороги. Возможно, и он сам не так безразличен Бьякуе, как кажется на первый взгляд…
Айаме оглянулся по сторонам и, убедившись, что он один, подошел к краю водоема, присел на корточки и, закатав рукав кимоно, опустил руку в прохладную воду…
Дерьмом в данном случае являлся годовой отчёт о проделанной работе, который требовалось сдать в самое ближайшее время.
Но Абараи, хоть убей, не помнил, по какой форме его нужно составлять, тем более, что раньше этим всегда занимался капитан.
- Менос его дери, - уже в полный голос возмущался горе-лейтенант, трезвоня в колокольчик на внешних воротах поместья, - Где его Айзен носит в 11 часов дня?
Не то, чтобы Ренджи переживал за какие-то там бумажки - не Кира же он, в конце-то концов! - но сегодня был предпразничный день, и лейтенанту совсем не улыбалось застрять в офисе до глубокой ночи, когда все остальные, "ну те, кто нормальные" шинигами будут во всю отмечать.
Рефлекторно облокотившись о ворота, но вовремя вспомнив о приличии и выпрямившись, Абарай принялся ждать, когда слуги ему откроют.
Он настолько увлекся, что не заметил, как сзади бесшумно подошел слуга – привратник и, поклонившись почти до земли, доложил.
- Кучики-сама, к вам Абараи Ренджи.
От неожиданности Айа так резко дернулся, что чуть не свалился в пруд. Изумленно распахнув глаза, он быстро поднялся и с перепугу сунув мокрую руку в рукав кимоно уже хотел было сказать, что он не принимает, как увидел за спиной слуги высокого шинигами с алыми волосам, собранными в высокий хвост. Шинигами хмурил татуированные брови и вертел в руках какие-то бумаги. Айаме мысленно уронил челюсть. Мысли сбились в кучу как овцы и жалобно блеяли.
Это и есть знаменитый фукутайчо моего брата? Абараи Ренджи…
Айа как-то раз подслушал разговор слуг, которых хлебом не корми, дай посплетничать о том, что творится в Главном поместье. Так он и узнал, что Бьякуя выкинул очередной номер, взбесив старейшин – взял в лейтенанты безродного оборванца, да еще и из одиннадцатого отряда.
Что же мне делать?
Ему ещё ни разу не приходилось видеть начальника в таком домашнем виде. А в том, что перед ним именно Кучики Бьякуя, лейтенант ни сколько не сомневался. Хотя и заметил, что "капитан" выглядит немного растерянным.
- ... что помешал, - уже далеко не так громогласно закончил он прерванную фонему, напрочь забыв о цели своего визита.
Наверное, ему тоже неловко, что я увидел его в неофициальной одежде. Ну и худющий же он!
Ками-сама, я представляю лица старейшин, когда они увидели ЭТО. О! Я бы хотел это видеть!
Напустив на себя самый серьезный вид, какой только мог, Айаме справился со своим голосом и, имитируя манеру говорить Бьякуи, строго спросил.
- Абараи-фукутайчо, вы что-то хотели?
Ох, только ничего серьезного, умоляю. Мне ведь нии-сама ничего не объяснил. Бьякуя, зачем ты меня одного оставил, да еще и не рассказал ничего?
Глюки пошли, - решил Ренджи, - А ведь я ещё даже не начинал возиться с этим проклятым отчётом! Ах да! точно!
Вспомнив зачем собственно он сюда припёрся, лейтенант протянул капитану ворох видавших виды бумажек.
- Кучики-тайчо, ради Ками, поручите это задание кому-нибудь другому! А мне ...можно мне в район прорыва барьера с моими ребятами? - Абарай с ужасом почувстовал, как в собственном голосе прорываются нотки мольбы и добавил, как можно более сурово и убедительно, - Контроль всё-таки нужен...
Чего он на меня так вытаращился? Будто на редкое ископаемое. И я тоже хорош! Нет, чтобы сначала подумать, а то разулыбался тут, как невеста на выданье. Теперь он еще чего доброго подумает, что у его капитана нервный тик. Интересно, а если я у Бьякуи-нии спрошу, как далеко зашел его фукутайчо со своей любовью к татуировкам, он меня сразу обратно отошлет или сначала часа три нотации читать будет? Вот же влип! И эта его просьба странная. Чем ему с бумажками сидеть плохо? Интересно, что бы сказал Бьякуя…
Помучавшись подобными мыслями еще с минуту, Айаме напустил на себя строгий вид и решительно выдал.
- Можете отправляться на свой прорыв или куда вы там собирались. А документами я займусь. Вы свободны, фукутайчо!
Идя к воротам, лейтенант пару раз оглянулся, а потом неверящим взглядом посмотрел на свои руки, в которых больше не было этих страшных документов. Однако порадоваться этому в полной мере почему-то не получалось. Вспомнив нечто важное лейтенант резко затормозил:
- Тайчо! - заорал Абарай почти от самых ворот, - Вас сегодня ждать вообще? Кхм... то есть, Вы сегодня в штаб придёте?
Стоявший у ворот молодой слуга посмотрел на него снисходительно-вежливо, как на идиота, и Ренджи тут же захотелось огреть его чем-нибудь тяжёлым по башке.
- Чё пялишься? - гаркнул он на прислугу, покраснев, - Чё не так-то?
Тот быстро отступил куда-то в тень, склонив голову.
а я не военный, между прочим))
Айа тут же выскочил на берег и, сведя мокрыми руками полы кимоно, в полголоса пожелал одному татуированному болвану счастья в личной жизни в самых крепких выражениях, какие только знал.
Какого черта?! Он что, сразу сообразить не мог? Зачем же так орать? И что мне теперь делать? Конечно же, нии-сама не стал бы перекрикиваться со своим лейтенантом через весь сад, и бегать за ним тоже не стал бы..
Да и второй вариант отпадал полностью, мокрое кимоно не позволяло появиться не то, что перед Абараи, но и перед слугами.
Похоже, я надолго запомню нашу первую встречу, Абараи Ренджи! Ничего, надеюсь, она не последняя, посмотрим…я тебе еще отомщу за этот позор!
И набрав в легкие побольше воздуха, мокрый как мышь и дрожащий от холода Айа, заорал так громко, как только мог.
- Я буду позже! Можете идти!
И короткими перебежками бросился через сад к дому, обходя ворота по широкой дуге и молясь, чтобы его не увидели слуги. Применить шунпо он не решился по одной причине: у него еще возникали с этим некоторые трудности и когда Айаме волновался, сосредоточиться мог с трудом. А впечататься носом в стену поместья сейчас показалось ему несколько лишним. Его и так беспокоила одна существенная проблема.
Только бы Бьякуя-нии не узнал…
Ренджи почесал затылок, и хотел было вернуться, запоздало сообразив, что уж кто-кто, а Кучики-тайчо точно не снизойдёт до того, чтобы орать ему в ответ. И не стоило так позориться.
Однако, к изумлению Абарая ему ответили.
- Я буду позже! Можете идти! - донеслось из глубины сада, как показалось лейтенанту, слегка истерично.
Я определённо не во время. - сообразил наконец Ренджи, и напоследок угрожающе зыркнув на привратника, исчез в шунпо.
Времени на обдумывание всех странностей поведения капитана не было. Ребята, посланные на ликвидацию прорыва, наверняка будут ему рады.
Забимару, скоро будет бой, ты чувствуешь?
Почему-то хотелось улыбаться, ощущая ладонью рукоять меча.